СНГ

Граница на замке

3 декабря 2010 г. 10:28
Просмотров: 2349
0
Источник: Власть денег (Украина), 03.12.2010
Автор(ы): Александр Власенко

Румыния - сосед Украины, но если проанализировать отношения между нашими странами, создастся впечатление, что их разделяют океаны. И если в этом и стоит винить украинских дипломатов, то разве что за недостаточную жесткость в формировании отношений с Бухарестом. Румыния является самым проблемным соседом Украины, а взаимоотношения между нашими странами напоминают игру с нулевой суммой, где любая победа одного означает поражение другого. Задача Украины - изменить правила игры.

Протяженность общей границы Украины и Румынии составляет 531 км, и со времен СССР она практически не изменилась. По-прежнему на румынской стороне стоит колючая проволока, международных погранпереходов между нашими странами аж целых три, а приграничные проблемы до сих пор отравляют отношения между Киевом и Бухарестом. Признав Украину в 1992 г., Румыния тянула с признанием границ пять лет. В 1997 г. эти противоречия были сняты, но возник спор из-за шельфа вокруг острова Змеиный. Конец ему положило решение Международного суда ООН от 3 февраля 2009 года, разграничившее шельф таким образом, как в свое время предлагал Румынии СССР и что было воспринято в Украине как дипломатическое поражение (79% спорной территории с запасами нефти, оцененными в $10 млрд, было передано Румынии). Но уже через год возник спор из-за принадлежности острова Майкан на Дунае.

Как итог — вокруг украинско-румынской границы создан ореол постоянных проблем, разбираться в которых будут разве что эксперты. У рядовых же политиков того же Евросоюза, вынужденных защищать Румынию как своего члена, лишь останется в памяти то, что между Бухарестом и Киевом постоянно возникают пограничные споры, решить которые без посредников стороны не могут. Но если для Украины любые проблемы со страной-членом ЕС нежелательны, то для Румынии такое нагромождение пограничных споров является частью стратегии.

Чего хочет Бухарест?

Если проанализировать украинско-румынские отношения, то проблем между нашими странами лишь две: глубоководные работы на судоходном канале «Дунай — Черное море» и возврат румынских средств, вложенных еще во времена СССР в строительство криворожского ГОКа окисленных руд (подробнее — см.  бокс «Деньги на ГОК», стр. 23). Но на деле диалог Киева и Бухареста постоянно происходит на повышенных тонах, а сотрудничество находится на весьма низком уровне.

Успешно решенные с Польшей и Венгрией вопросы малого пограничного движения с Бухарестом так и не урегулированы, из-за чего местные погранпереходы (где дозволено пересекать границу только жителям приграничных районов) работают нестабильно. Соглашение о свободной торговле так и не было подписано до вступления Румынии в ЕС. По словам украинских дипломатов, именно Бухарест всячески противился этому. Но и теперь, когда Румыния является членом ЕС, товарооборот между нашими странами довольно низок ($807 млн/год), и с 2008 г. снизился вдвое. Для сравнения, с Польшей он достигает $4,574 млрд/год, а с Венгрией — $1,853  млрд/ год.

«Во многом это связано со структурой экономики Румынии, — говорит Максим Борода, замдиректора Международного центра перспективных исследований. — Как преимущественно аграрная страна, Румыния не является потребителем основной продукции украинского экспорта — металлургии и химпрома. И  готовящийся договор о свободной торговле с ЕС это не изменит, большинство принципиальных торговых барьеров в этих отраслях были сняты еще при вступлении Украины в ВТО».

На словах Румыния постоянно объявляет себя другом Украины, лоббирующим наши евроатлантические стремления. Так, Бухарест поддержал предоставление Украине ПДЧ на домашнем саммите НАТО в 2008 г. Однако во время украинско-российского газового конфликта зимой 2008-2009 гг. президент Румынии Траян Бэсеску фактически встал на сторону Москвы, заявив, что переход на рыночные цены давно созрел, и Украине стоило бы давно с этим согласиться. В качестве ответного шага Украина стала транспортировать газ из собственных запасов в Болгарию и Молдову, демонстративно проигнорировав замерзающую Румынию. Запланированный на февраль 2009 года визит президента Румынии Траяна Бэсеску не состоялся до сих пор. Чему в немалой степени поспособствовал скандал, когда в Румынии были арестованы «украинские шпионы».

Румыния и Польша являются самыми крупными государствами из числа стран «Новой Европы». Естественно, что старые члены ЕС воспринимают их как наиболее влиятельные государства региона, через которые удобно проводить политику в Центральной и Восточной Европе. Но если у Варшавы сложилось реноме проводника американских интересов в регионе, то Румыния, наоборот, воспринимается в Брюсселе как проевропейский новый член ЕС.

Конечно, для Украины было бы здорово заполучить в лице Бухареста такого же сторонника ее европейского выбора, какого она имеет в лице Варшавы. И нельзя сказать, что такие попытки не предпринимались. Послами в Румынию назначались в основном карьерные дипломаты высокого уровня. Александр Чалый (посол в 1995-1998 гг.)  — впоследствии замглавы Секретариата президента. Игорь Харченко (посол в 1998-2000  гг.) затем был послом в Польше и Великобритании, а сейчас является спецпредставителем Украины по вопросам приднестровского урегулирования. Антон Бутейко (посол в 2000-2003 гг.) был послом Украины в США и первым замминистра иностранных дел. Но даже лучшим представителям украинского дипкорпуса мало что удалось.

Дело в том, что «патроном» Румынии в ЕС являются Франция, Италия и Испания  — как раз те государства, которые не заинтересованы в расширении ЕС на восток. Отсюда вытекает и румынская цель: служить воротами ЕС на Балканы и Ближний Восток, тормозя движение ЕС в восточном направлении. И низкий уровень экономических связей — лучший способ, отчего Бухарест держит на замке границу с Украиной, не стесняясь лобовой конкуренции с нашей страной на Дунае и Черном море. Потому любые проекты вблизи украинско-румынской границы становятся игрой с нулевой суммой: Украина выиграет ровно столько, сколько Румыния проиграет, и наоборот. Нашей стране от такой игры стоит отказаться. Во-первых, выиграть все равно сложно, так как у Румынии куда более мощные покровители в Брюсселе. Во-вторых, такая игра лишь укрепит замок на украинско-румынской границе, в то время как задача Украины  — снять его.

«Р» вместо «У»

Пока же попытки Украины напоминают именно желание выиграть по нынешним правилам. И казалось, что предпосылки были. К примеру, в 2006 г. на киевском саммите ГУАМ впервые появилася шанс, что Украина станет региональным лидером в бассейне Черного моря. Для этого были не только политические (недовольство Москвой), но и экономические предпосылки в виде общей заинтересованности в транспортировке азербайджанской нефти на европейский рынок.

Но реальным смыслом этот проект наполнил Бухарест. В 2009 году Румыния подписала декларацию о стратегическом партнерстве с Азербайджаном и протокол о межправительственном сотрудничестве в сфере энергетики с Грузией. После чего началось возведение терминалов сжиженного газа в грузинском Поти и румынской Констанце, между которыми танкерами будет перевозиться азербайджанский сжиженный газ. И, наконец, началось строительство газопровода Яссы—Унгены, который свяжет румынскую и молдавскую газовые системы. После этого у экспертов появилось основание утверждать, что Украина  — слабое звено ГУАМ, которое вполне может заменить Румыния.

В этом году Украина также заявила о намерении возвести терминал по обработке сжиженного газа на Черном море. Но каковы гарантии того, что сжиженный газ пойдет в Украину, а не в Румынию? Бухарест предложил Баку право самостоятельно перерабатывать энергоресурсы на румынских заводах, а также использовать нефтепровод Констанца — Триест для транспортировки сырой нефти на европейский рынок. Таких «пряников» у Украины нет.

Нужно также учесть, что у Румынии есть дополнительные козыри: ее компания Transgaz является участником проекта Nabucco, а также ведет переговоры об участии в альтернативном российском проекте «Южный поток». Ничем подобным Украина похвалиться не может.
Далее, руководство черноморских портов Украины неоднократно заявляло, что румынская Констанца — ее главный конкурент. По итогам 2009 г. совокупный грузооборот трех портов Большой Одессы составил 62 млн т против 42 млн т в Констанце.

«Руководство портов может привлекать дополнительные грузы из России и Казахстана, которые будут идти на неевропейский рынок. Но в перевалке грузов для ЕС переиграть Констанцу им будет практически невозможно,  — говорит Дмитрий Подтуркин, руководитель экспертной группы «Менеджмент Консалтинг Групп». — На уровне ЕС было принято решение, что грузы на европейский рынок по Черному морю должны попадать через Констанцу. Украине самой изменить это не под силу, а европейский рынок — самый близкий и емкий для стран черноморского региона».

Схожая ситуация складывается и с судоходством в устье Дуная. Украина с 2004 г. начала работы по сооружению глубоководного судоходного хода (ГСХ) «Дунай — Черное море». Этот проект ставит целью не столько загрузить украинские порты на Дунае, сколько заработать на транзите судов. Стратегическая цель Украины — довести глубину канала до 7,5 метров, после чего 65% рынка перевозок на нижнем Дунае сможет осуществляться через украинский канал. Для Румынии это означает прямые потери, и Бухарест не стесняется идти на любые шаги. Сброс ила в украинские территориальные воды, жалобы в комитеты ЕС и ООН (в частности по Конвенции Эспоо об оценке трансграничного влияния на окружающую среду), установление высоких лоцманских сборов для судов, идущих через украинский канал, расширение Сулинского и строительство Георгиевского каналов (только со стороны ЕС Румыния получила на это €200  млн). Помимо этого Румыния строит в дельте Дуная мосты и порты, чего делать не имеет права (речь идет о заповедной зоне). Но все апелляции Украины к международным структурам пока не принесли пользы. Как в политическом, так и в финансовом отношении.

«На ГСХ «Дунай — Черное море» потрачено 250 млн грн., больше, чем на нем заработали,  — говорит Дмитрий Подтуркин. — И вряд ли имеет смысл вкладывать в канал дальше, ведь после запуска Георгиевского канала грузопоток может опять распределиться уже не в пользу Украины». В Минтранссвязи «ВД» сообщили, что совокупно на ГСХ «Дунай — Черное море» потрачено 470 млн грн. Срок окупаемости проекта составляет 12 лет. Ежегодные данные дохода сообщить отказались, сославшись на засекреченность этих цифр.

Как бы подружиться?

Отказываться от поддержки украинских проектов в черноморском регионе лишь из-за того, что они идут в ущерб Румынии, не стоит. Но необходимо их максимально интернационализировать. К примеру, пригласить к строительству и эксплуатации ГСХ «Дунай — Черное море» другие дунайские страны (первоначально существовала даже идея создания международного консорциума). Создавать совместные проекты на Дунае с другими странами. В будущем году Украина будет председательствовать в международной комиссии по защите реки Дунай, что является прекрасным шансом по продвижению интересов Украины в Дунайском регионе.

«Есть ряд проектов Организации Черноморского экономического сотрудничества, и есть Черноморский банк сотрудничества и развития при нем, но реально многие проекты этой организации не финансируются,  — говорит Василий Юрчишин, директор экономических программ Центра им. Разумкова. — Вот через эту организацию Украине и стоило бы попытаться реализовывать проекты в черноморском регионе. Так как в случаях, когда речь будет идти о европейском финансировании проектов, ориентированных на ЕС, Брюссель скорее выберет для реализации Румынию, а не Украину с ее неопределенной как политической, так и экономической политикой».

Только конкретики в инициативах с украинской стороны пока мало, а вот румынский Минтранс уже предложил конкретные проекты на общую сумму €440 млн, финансирование которых будет осуществлять ЕС. В частности, €140 млн будет направлено на улучшение судоходства на румыно-болгарском участке Дуная, — Брюссель всегда чуток к проектам, от которых выигрывают несколько стран.

Тем не менее, у Киева есть реальный шанс сломать замок на украинско-румынской границе. ЕС финансирует два проекта еврорегионов «Нижний Дунай» и «Верхний Прут», в которых участвуют приграничные регионы Украины, Румынии и Молдовы. Вот только на сегодня они полностью отданы на откуп местным властям. Специфика же проектов ЕС заключается в том, что обычно 10% от общей суммы финансирования должны выделять местные бюджеты. И если проект исчисляется десятками миллионов евро, то даже 10% от суммы становится неподъемной для районного или областного бюджета. Неудивительно, что, по данным МИДа, все украинские проекты в рамках вышеупомянутых еврорегионов были профинансированы ЕС на сумму €13,3  млн (на начало 2010 г.). В то время как на румынские проекты было потрачено €40  млн, а всего европейская помощь на развитие Румынии лишь в 2009 г. составила €3  млрд.

Украина не в силах сама демонтировать забор на украинско-румынской границе, но она способна через имеющиеся европейские инструменты проделать в нем отверстие, чтобы получать европейские деньги для развития собственных приграничных районов с Румынией. А это заставит Бухарест развивать приграничное сотрудничество с нашей страной.

Паспортизация

По украинским законам двойное гражданство запрещено, а по румынским - нет. Более того, законодательство Румынии разрешает восстановить гражданство тем, кто его утратил не по своей воле, а также их потомкам. Речь идет, в том числе, и о жителях Буковины и Южной Бессарабии, которые до 1940  года были частью Румынии, а теперь являются Черновицкой и частью Одесской областей Украины. По неофициальным данным, публиковавшимся в черновицкой прессе, гражданство Румынии получили около 100  тыс. буковинцев. Румыния эти данные отрицает, во многом из-за того, что к практике выдачи паспортов страны-члена ЕС  гражданам страны-не члена ЕС негативно относятся в Брюсселе. Украина опасается, что массовая паспортизация приведет к выдвижению территориальных претензий со стороны Румынии. На сегодняшний день такие опасения напрасны — культурное и политическое влияние других соседей Украины на свои меньшинства куда больше. Однако для Бухареста важно создать румынское культурное и языковое пространство, которое помимо самой Румынии будет включать Молдову и румыноязычные регионы Украины. Что при изменении политической конъюнктуры может привести к появлению и общего политического пространства.

Деньги на ГОК

Еще в 1983 г. в Кривом Роге началось строительство ГОКа окисленных руд, в котором финансово принимали участие ГДР, ЧССР, Венгрия и Румыния. Предполагалось, что страны соцлагеря будут получать с комбината окатыши по льготной цене. На сегодняшний день комбинат построен на 70%, из запланированных $2,4 млрд в него вложено $1,65 млрд. Румыния, как главный иностранный кредитор ($353 млн), то соглашается на компромиссы в вопросе возврата средств, то вновь от них отказывается. Так, в феврале этого года устами президента Румыния заявила, что согласилась бы на 20-30%-ое возвращение вложенной суммы. Однако уже к октябрю вновь вернулась к старой позиции возврата 100% вложенных средств.

Оцените статью
Приглашаем Вас оценить эту статью. Голосуя, Вы определяете рейтинг статьи:
Актуальность
(0,00)
Фактология
(0,00)
Источники
(0,00)
Рейтинг
(0,00)
Рейтинг является средним арифметическим всех оценок
Delicious Digg reddit Facebook StumbleUpon Google Yahoo Twitter Netvibes LinkedIn Live Journal Scoop Sphinn Furl Technocrati Live FrigG
Смотрите также
 
Загрузка...
Facebook

Interpres / Архив
<Июль 2019>
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031
SEO monitor
Яндекс цитирования
Rambler's Top100
Stiri
Free Page Rank Tool